Артель старателей "Камчатка"




Пролог.
За 10 лет работы на Южном радиозаводе медленно скатился к нищете. Оклад старшего инженера по защите информации был 160 рублей. В семье уже двое детей, квартира—пустая…
В кармане два диплома с отличием. Иду на приём к директору просить добавить 10 рублей. Приём закончился для меня «коллективным избиением». Присутствовавшие комсорг, парторг, профком, зам директора по кадрам, нач отдела труда и зарплаты откровенно смеялись. Директор по фамилии @уев сказал:
--мало денег—езжай в Чернобыль, там деньги лопатами загребают.
С этого момента меня на ЮРЗе ничто не держало.

Начало.
Насобирали денег на билет в оба конца, на всякий случай, вдруг с трудоустройством не выйдет. 16 мая 1988 года я уволился за 1 день и собрался в дорогу.

Билеты на самолёт стоили 30 рублей до Москвы (на АН-24) и 178 рублей до Петропавловска-Камчатского (на ИЛ-62)
9 часов полёта—и вот она, Камчатка! Прямо а аэропорту открывается потрясающий вид . Только погода в маю такая как у нас в марте. Дома уже деревья зеленели, а здесь всё очень пасмурно…

В ПК база артели старателей «Камчатка» находится на проспекте Циолковского, 8.
Красивое сейсмостойкое здание с характерным дизайном и прекрасным интерьером. Тогда ещё строилось и велись внутренние отделочные работы.
Председатель артели—Сычинский Орест Михайлович—принял меня на работу по специальности гидромониторщик. Инспектор отдела кадров Шестакова Нина оформила все бумаги.
Что это за специальность, гидромониторщик—не имел ни малейшего понятия.
От ПК до райцентра Пенжинского района, посёлка Каменское —1200км. Обалдеть, это всё одна область. Самолёт ЯК-40 летит с промежуточной посадкой, каковой оказалась Оссора (райцентр Карагинского района).
Аэропорт Каменское—это не само Каменское, а чисто аэропорт .
Ещё два дня пришлось ждать вертолёт до посёлка Манилы. Хорошо что в аэропорту специально построена гостиница артели, можно было ждать по человечески.
В Манилах на берегу Пенжины –база артели. Тогда я первый раз увидел, как по Пенжине плывут тысячные стада белух.
На другой день на вездеходе (ГТТ) меня повезли на участок Горный—140 километров на север от Манил, дорога заняла целый день.
Кроме Горного, в артели работало ещё 3 участка:
-Пуша, рядом с Горным;
-Кондырева—дальше на север от Горного километнов 50.
-Видный, самый дальний участок в районе Аянки. Самая красивая природа. Кто там был, всегда хотели работать только на Видном.
Часто вспоминался бывший участок Ушканья, который был уже отмыт и закрыт.


Горный.
Горный представлял собою просто дворцовый комплекс в тундре. Я это понял только тогда, когда побывал в других разных местах Пенжинского района.
Построил этот комплекс Остраускас Зигмунд Станиславович, который в это время уже осваивал участок Видный.
Начальником участка был вновь назначенный Гаращук Борис Васильевич , который годом раньше был здесь главным механиком.
На участке было 75 человек, из них около 50—бульдозеристы.
Не бульдозеристы:
—3 человека съёмщиков, Калачёв Николай , Игорь Феофилович…
--3 человека сварщики;
--2 повара, Сайко Василий и Борис из Одессы;
--пробщик, Крупник Пётр Иванович ;
--доктор, Зотов Михаил Михайлович ;
--комендант, Калюга Юрий ;
--2 электрика, Карманный Владимир (из Молдавии г. Унгены) и Петрочук Сергей из Краснодара.
--2 токаря, Лизун Василий, и Дима из Риги.
--слесарь, Боднар Игорь ;
--2 моториста, один из них Однороженко Николай из Днепропетровска;
--6 гидромониторщиков;
--водитель ГТТ;

В дальнейшем я много раз убеждался, что любой из старателей может выполнять другую работу. Например мой напарник Подгородецкий Степан мог работать бульдозеристом, мотористом, монтажником, хоть горным мастером и делать любую работу.
Пробщик Крупник на гидромониторе так работал, что одно заглядение.

Главным механиком участка был Катренко Михаил Георгиевич .
Горным мастером—Смолярчук Александр.
На участке также жили и работали главный геолог артели Сличный Василий, главный маркшейдер Герман Роман Иванович.
Постоянно туда-сюда приезжал зам по сохранности Прищепов (приставленный к артели любитель охоты, пенсионер МВД, который получал к тому же артельские деньги…), никому из старателей не нравился…

Первая моя работа была—установка станции приёма спутникового телевидения «Москва». Специально для неё на сопке был построен балок и проведена к нему ЛЭП.
Там же на сопке был смонтирован радиопередатчик на 1-й телевизионный канал, который передавал телевизионный сигнал сразу на два участка—на Горный и рядом стоящий (через перевал) участок Пуша. Два участка в тундре имели телевидение!

Второе дело, которое я сделал, было чисто по моей специальности-- радиосвязь.
В артели использовались радиостанции «Гроза» с выходной мощностью 3W, частота фиксированная 4630 кГц. Антенны были просто подвешенные провода, «шнурки». Связь с базой в Манилах была неустойчивой, иногда доже невозможной.
Поскольку короткие волны—это моя стихия, то я предложил Гаращуку сделать радиосвязь по науке. Он полностью мне доверил это дело, за что я ему очень благодарен.
Отдали мне сгоревший сварочный генератор, там обмотка возбуждения из очень приличного медного провода. Из него я сделал полноразмерную антенну треугольник на длину волны 65 метров. С мужиками поставили две деревянные мачты высотою около 12 метров.
Гаращук мне разрешил разбирать радиоприёмники на запчасти. Из лампового киношного услилителя ТУ-100 я сделал КВ усилитель мощности на телевизионной лампе 6П45С с анодным питанием 300 Вольт и с автоматическим переключением приём-передача. Передатчик Горного стал иметь 100 Ватт, нагруженные на настроенную антенну. После этого связь стала очень хороша и стабильна. Гаращук очень любил работать в эфире. Теперь его радиостанция была главной в сети, поскольку его слышно было лучше всех и он слышал других лучше всех…

Между тем завершился монтаж прибора. Я тоже в этом участвовал в качестве помощника у сварщика Панасийчук Василия.
Начались будни работы на гидромониторе.
12 часов смену крутить «дышло» монитора оказалось очень трудной работой. После смены еле передвигал ногами. Мне ещё подвезло—я работал на самом золотом приборе, от которого зависел план не только участка, а всей артели. Прибор давал каждую смену в среднем 5 килограммов золота, а это значит—не может простаивать ни одной минуты. Приходилось физически работать фактически беспрерывно. Хорошо что все кто приходил, имели за обыкновение помониторить несколько минут, за это время можно было хоть передохнуть. Также можно было отдохнуть от монитора во время съёмки—пару часов заниматься другой работой, в основном обслуживанием насосов и дизеля. А вот ночная смена пахала 12 часов без перерыва.
Через месяц такой работы я был доведён до изнеможения. Все мышцы болели, не мог даже шевелить руками и ногами. Сказывалась непривычка и отсутствие выходных дней.
До сих пор не могу понять, почему «молодого» поставили на самый ответственный прибор…
Помог мне оклематься случай. Кончилась вода, по плану надо было ждать дождя, чтобы наполнились зумпфы. И ждать пришлось почти месяц. Меня забрал главный механик к себе на работу—в основном на бумажную работу, которую он не любил. Навести порядок в учёте запчастей, нарисовать электрическую схему участка и т.д. За месяц я «ожил», и уже дальше мониторил до конца сезона без проблем.
Что наиболее запомнилось:
--большое количество медведей. 3 медведя подстрелили прямо на участке. Категорически запрещалось выходить за пределы участка;
--в отвалах находилось очень много зубов мамонтов и сгнивших бивней;
--погода в течение дня могла очень резко поменяться, причём несколько раз;
--между двумя участками с расстоянием около 10 километров (по разные стороны одного перевала) наблюдалась разница в температуре--на одном участке +5°С, на другом -15°С;
--в конце августа (на день шахтёра) выпал первый снег, и причём очень много;
--пять человек наловили за день простыми удочками два мешка рыбы (хариусов);
--видел радугу в три дуги, причём не один раз;
--гусеничный трактор Т-100 с горы может лететь со скоростью 50 километров в час. Это меня специально так катал Твердохлеб Саша ;
--бульдозер Т-130 можно разобрать до отдельных узлов и потом снова собрать за один день;


Промывка закончилась, когда ударили морозы и замёрзла вода. После этого начались вскрышные работы—подготовка к следующему сезону. Главный механик Катренко перевёл меня на «тёплую» работу—кочегаром в жилом блоке. Однако уже через месяц в середине ноября пошли сильные морозы, и сезон на участке закончился.

Очень трудно выезжать из Пенжинского района. Можно ожидать неделями вертолёт на участке, потом на базе в Манилах, потом в аэропорту Каменского. Неделю можно ждать самолёт из Елизово в Москву. Итого можно на дорогу потратить месяц!

До конца декабря я работал на базе в Петропавловске-Камчатском. В это время там всё руководство артели имеет очень много работы.
Главбух Мальский Михаил Антонович сам (!) вёл всю бухгалтерию.
Геолог Сличный Василий и маркшейдеры Герман Роман и Синько Валерий работали со своими бумагами. В их задачу входила подготовка документов на следующий сезон. Я видел эти геологические карты—для меня это китайская грамота. Как в них можно разбираться—не представляю…
На базе в это время оставалось человек десять. В основном на обслуживании грузов в порту работали водители, грузчики, крановщики. Был ещё токарь, электрик и повар (как без него!)
Сварщик Бойко Роман—замечательный парень.
Работали два столяра—делали мебель на базе, стелили паркет.
И был ещё художник –дизайнер Гуменюк Николай. Дизайн главного корпуса базы на проспекте Циолковского, 8—его проект. Витражи в столовой и банях, вывески, часы на фасаде здания, сногсшибательная люстра высотою 2 этажа на лестничном пролете, объёмная карта Камчатки, аквариум вместо стены в вестибюле—всё это его работа. Как память храню его подарок— акварельку , зарисованную прямо из окна его мастерской.
------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Для любителей считать чужие деньги добавлю, что трудодень в 1988 году был 45 руб. 60 коп.

В следующем сезоне 1989 года на участке работал почти тот же личный состав--уволилось очень мало народу, т.к. зарплата была хороша.

С этого года я не удержался от очень сильного соблазна работать в эфире Камчатки с радиолюбительским позывным. Это выглядело как авантюра—везти трансивер за 11 тысыч километров. Плюс артель—это не курорт, там нет времени и места для выхода в эфир. Однако желание победило, хотя никто из близких не мог тогда меня понять. Трансивер поехал на Камчатку. Потом, кстати, он там так и остался, т.к. уже назад его везти из тех мест было просто невозможно.


Начался сезон для меня с зимника . Поскольку я не был шофёром, то работал на погрузке грузов, их сопровождении по дороге до участков, и разгрузке. Вот в это время я побывал на участке Кондырева, и ещё отремонтировал там радиостанцию «Гроза» (был сгоревший первый каскад УВЧ на полевом транзисторе). Весь зимник отъездил на тракторе К-700 вместе с Лобановым Евгением из города Чехов.
Работа на участке началась с запуска телецентра. Работа осложнялась тем, что на склоне сопки лежало 3 метра снега, а балок ретранслятора был полностью под снегом, наверху торчала только тарелка. 4-метровые столбы ЛЭП выглядавали из-под снега только макушками с изоляторами... Снег здесь лежал до конца июня.
Запомнилась работа по запуску водяного отопления жилого комплекса при минус 20 градусов. Очень тяжело, вода сразу замерзает, даже при заливании в систему кипятка... До этого пару ночей пришлось спать при температуре в помещении минус 3 градуса!

Далее всё повторилось—монтаж прибора на новом полигоне. Бульдозеристы в это время занимаются капремонтом бульдозеров. Бульдозеры в основном арендовались в Карамкенском ГОКе (Магаданская обл.), и за их капремонт артель ещё получала деньги…
Нач. участка тот же—Гаращук, перевёл меня в съёмщики. Весь сезон был в бригаде из нескольких человек: старший съёмщик Кирьянов ….(имя не помню), Шарапин Виктор (часовой мастер из Петропавловска-Камчатского) и доктор Андрей .
Продолжал обслуживать ретранслятор—каждый день надо было подворачивать тарелку, так как спутник не висел на одном месте, а «крутился» туда-сюда. Правда на участке Пуша не осталось телевизоров—во время зимовки сгорела баня, а в ней были почти все телевизоры с этого участка.
Пожар не миновал и Горный. Посреди лета сгорела баня—наверное лучшая баня в Пенжинском районе—с сауной и бассейном. Председатель артели –большой любитель хорошей парилки, он мог высидеть в парилке при такой жаре, что никто другой уже не выдерживал. Поэтому бани топились по-чёрному, иногда до такой степени, что дымоход печной трубы был красный. И при этом всегда находились мужики, которые подсмеивались над истопником, что тот плохо протопил. Вот в такой гонке за жарком и загорелась лучшая баня. 20 человек отдыхающей смены не смогли потушить большой балок из пиленого бруса. Когда ветер начал дуть пламя на основной жилой комплекс, пришлось тушить бульдозерами—валить строение и загребать…

Работа съёмщика будет полегче, чем на гидромониторе. Поэтому было больше времени во время отдыха заниматься короткими волнами. КВ трансивер стоял прямо в ЗПК. С позывным RB5EEU/UA0X провёл около 4 тыс QSO.
Запомнился бульдозерист Венцак Василий --мужик просто неимоверной силы. Каждый день ходили рассказы, как Вася переставил сани или вместо крана что-то поднял. Редуктор от ДЭТ-250 он ставил на плечи (наверное будет до 100кг) и носил с места на место.
Основные трудности артели в 1989 году были на новом строящемся участке Горелый, который находился обособленно на левом берегу Пенжины. Большое количество дождей привело к сползанию грунта назад в полигоны и на жилые балки старателей. Промывка там продолжалась даже при больших морозах...
Трудодень в 1989 году был 44 руб. 80 коп.
-----------------------------------------------------------------------------------------------
Горелый
В 1990 году прямо во время зимника Горный разобрали, весь строительный лес, а также горное оборудование и технику перевезли на Горелый—почти за 200 километров.
Фактически Горелый начал строиться второй раз, теперь на новом селебезопасном (возвышенном) месте. Гаращук Борис Васильевич стал начальником Горелого…

Сезон для меня начался с базы в Петропавловске-Камчатском. Сычинский закупил для артели 4 видеомагнитофона Электроника ВМ-12, один из них был неисправный, моя задача была его отремонтировать. Я боялся, что не справлюсь. Хорошо что в журналах «Радио» был цикл статей по устройству этого видеомагнитофона. Мне пришлось записаться в областную библиотеку и заняться учёбой. Когда дело дошло до забракованного двигателя, то Сычинский меня здорово удивил—дальше он сам исправил и двигатель, и видеомагнитофон, мне осталось только смотреть. В дальнейшем я не раз убеждался, что председатель может осилить любой вопрос в разных областях —и в механике, и в электрике, и в геологии, и в бухгалтерии, и наверное везде…
На тот момент рассматривался вариант открытия в областном центре артельской радиомастерской. В мою задачу входило сначала оснащение её приборами. Я даже привёз с собой лабораторный блок питания, который мне достался от друзей радиолюбителей. Также были привезены и установлены декодеры PAL в несколько телевизоров. Однако что-то не пошло. Самодельные радиостанции на расстояние до 1-2 километров (моя собственная разработка, я сделал 3 пары) работали очень плохо. Я думал ими оснащать участки, где очень плохо со связью, и телефонов нет--ничего не вышло. Да и мне очень хотелось в Пенжинский район. Причина этому была банальная—там была моя радиостанция, а в кармане у меня была лицензия на работу там в эфире.
Где-то к началу промывки я был всё же отправлен на Горелый. До начала промывки занимался электрификацией строящегося нового участка Горелый. В основном работал на пару с Петрочуком Сергеем .
Ретранслятор был установлен прямо посреди участка, поэтому телевизионный сигнал был подведён к телевизорам по низкой частоте. Для этого пришлось переделывать схемы ламповых телевизоров (в старых моделях нет внешних входов аудио-видео).
Для артельской радиосвязи Гаращук распорядился установить мачту небывалой высоты—16 метров. В её поднятии участвовало человек 15. Мачта получилась красавицей—в три яруса растяжки. После её установки участок приобрёл своё «лицо», а радиосвязь работала отлично. А как красиво смотрелась мачта с подлетающего вертолёта!

В конце мая пошло золото.
На съёмке со мною работали Калачёв Николай и доктор Зотов Михаил
С 90 года в работе съёмщиков произошли существенные изменения. Запретили использовать ртуть, которая помогала при съёмке и доводке. Ртуть смачивает золото, склеивает мелкие его частицы вплоть до пылинок, и эти пылинки уже не теряются. Без ртути работа на доводке очень сильно усложнилась--при работе с лотком нужна очень высокая квалификация. Внешне кажется, что работа с лотком простая, однако требуется сноровка как у жонглёра. Работать лотком я так и не научился. Однако Калачёв Николай владел этой профессией на высшем уровне. То же самое можно сказать о работе пробщика. Пробщик за один раз промывает лоток грунта, а там может быть всего одна пылинка золота, так называемый значёк. И вот его задача знать точно--есть тут значёк или его нет. Если нет--грунт идёт в отвал. Если значёк или значки есть--грунт должен идти на промывочный прибор. Пробщиком на Горелом работал Крупник Пётр.

Участок Горелый был очень большой. В первую очередь надо отметить большую площадь землеотвода. Были полигоны на речке Горелая и на нескольких ручьях—Гривна, Дмитрич, Крест. До места работы добираться далеко—специально приходилось развозить смены.
Из особенностей участка также запомнилось:
--на одном полигоне грунт при оттайке издавал запах гнили, нигде такого раньше никто не видел даже из бывалых старателей;
--у всех мужиков на участке было пониженное давление. Доктор был шокирован массовыми жалобами на плохое самочуствие. Как только вонючие пески промыли, самочуствие восстановилось;
--в одном месте, называемом Крест, мы взяли на 100 килограммов металла больше, чем ожидали. Целых две недели приносили по 10 килограммов. Главный инженер Пашко был в это время на участке, каждый день нас встречал и выпячивал удивлённо глаза--такая съёмка, когда там ничего не должно быть! Соответственно план сезона был легко перевыполнен;
--на том же Кресте была взята самая большая съёмка в истории артели—18 килограммов, а фактически было 24 килограмма умноженные на пробу 0,75;
--там же залежи золота лежали в два яруса. После промывки первого яруса прогнали через прибор вскрышу (пустую породу), и далее пошёл металл со второго яруса!
--самый большой самородок, 330 граммов , чуть не попал в отвал. Его увидел в хвосте колоды геолог Славик , который съёмкой не занимался;
--очень много грибов, а 1990 год был вообще грибным. Кто не ленился, вёз домой мешок сушёных гриб;

--повар Супрунов Толя пёк такой вкусный хлеб, что я такого больше нигде не пробовал. В самых дорогих супермаркетах такого хлеба нет, никакие современные хлебопечки так не выпекают....


На Горелом я ещё нашёл одно применение своей специальности—на участке скопилось большое количество электронных реле-регуляторов для бульдозера Т-130. С удовольствием вспоминаю, что в полевых условиях, не имея запчастей, я их очень много отремонтировал (по принципу из трёх поломанных делаю двое рабочих). Так что в электроцехе была целая полка запасных проверенных РР-362

Посреди сезона меня временно перевели на базу в Манилы. Там я отремонтировал 5 радиостанций «Ангара», принадлежащие оленеводам, чем очень горжусь. После этого мне повезло побывать в разных местах Пенжинского района—ходил по Пенжине на артельской барже (на барже также смонтировал радиосвязь).

Меня всегда очень удивляло, что в суровых условиях Севера работают разные организации, используют радиосвязь, но связаться друг с другом не могут—радиостанции настроены на фиксированную частоту. У геологов своя частота, у старателей своя, у коряков в тундре—тоже своя. А радиостанции у всех одинаковые—«Ангара» с пятью точками настройки. Поэтому все радиостанции, которые я ремонтировал, я настраивал на частоты соседей. Любой геолог мог в экстренном случае выйти на частоту старателей и наоборот…слава богу это ни разу не понадобилось при мне.

В радиолюбительском эфире мой позывной был RB4ES/UA0X . Работа из редкой области  вызывала фурор в эфире и эйфорию в душе. Выход в эфир из редкого  географичесого района, каким являетсяКорякский автономный округ( UA0X),  представлял  интерес для коротковолновиков со всего мира.
Многим мужикам было интересно посмотреть на работу любительской радиостанции—тогда вечером приходили ко мне в ретранслятор. Каждый хотел услышать радиосвязь со своим родным городом—несколько раз у меня это выходило к неописуемому восторгу гостя.
Надо сказать, что радиолюбительский фанатизм не имеет границ—это как болезнь. Весь свой отпуск дома я тратил на печатание, рассылку и получение радиолюбительских карточек, каковых дома скопилась такая куча, которую даже рассортировать не было сил… 20 лет уже всё это добро лежит мёртвым грузом, половину уже выкинул в мусор.
В следующий отпуск я сделал усилитель мощности для радиостанции—ещё один большой и тяжёлый ящик, который поехал на Камчатку.
Сегодня через 20 лет всё так же в Пенжинском районе Камчатского края (по списку диплома RDA район KT-13) нет местных коротковолновиков.

Трудодень в 1990 году был 56 руб. Конечно на следующий сезон я снова был на Камчатке.

1991 год был ни на что не похожий.
На участке был новый начальник—Кравчук Александр Иванович. Гаращук был назначен начальником на Кондырева.
Александру Ивановичу хорошая работа радиосвязи была мягко говоря «до лампочки».
Поэтому усилитель мощности 100 Ватт был отброшен, работал он на штатных 3 Ваттах.
Если не было слышимости, то «значит так надо». Моя работа как радиста отпала, оставалась чистая съёмка.
Год был очень тяжёлый. План не шёл. В артели возникла оппозиция председателю, которая критиковала каждый его шаг. На тот момент в артели было много расходов на социальную инфраструктуру. Увеличивалась комфортабельность жилья на базах, покупались телевизоры и видеомагнитофоны, в банях ставились витражи. Под Сочами в посёлке Лоо строилась база отдыха. На базу выдавались путёвки семьям старателей за символическую цену. Зимой все артельцы кто захотел съездили в Японию по турпутёвке... Но некоторые считали, что все доходы должны идти только на зарплату. А тут ещё начинались рыночные отношения, в этих условиях в качестве хорошей рекламы артель спонсировала пробег на собачьих упряжках "Берингия" --это вызвало бурю негодования некоторых рабочих. Инициативная группа бульдозеристов постоянно мусолила тему «куда продал председатель оленьи рога, куда поехала машина с грунтом—не на дачу ли к председателю и т.д.»
Во время событий в августе 1991 года в артель приехал известный журналист Александр Смышляев . Несмотря на прекрасный приём статья была написана очень нелицеприятная. Все внутренние противоречия артели были вывернуты наизнанку. Причина написания такой статьи как мне теперь видится—в дискредитации артели в пользу Пенжинской ГРЭ. Уже тогда решался вопрос отдачи геологам правого берега речки Горелая. Смышляев-бывший работник этой самой ГРЭ, поэтому ясно было, на чьей он стороне…


Между тем год был чрезвычайно засушливый. Не было ни одного дождя, а значит не было воды в речках, не было воды для промывки.
Над участками артели начали часто летать «зелёные» (экологическая инспекция) в попытках поймать на загрязнении речки. (В прошлом году они нашли нарушение—но пред их обставил на том, что процессуально неправильно были оформлены документы). Однако в этом году загрязнить речки было невозможно—она очень обмелела. В этом году совсем не было грибов и шишек у кедрового стланника .
Что запомнилось:
--С Валерием Синько мне много пришлось работать над съёмкой местности на будущих полигонах участка на ручье Дмитрич и на ручье Изосимович. Последний блок должен был иметь неимоверную вскрышу 18 метров, на зато там лежало 1000 килограммов;
--в одном из рейсов на вездеходе мы остановились посреди бесконечного поля спелой морошки , просто не верится, что такое может быть;
--в устье реки Белая часто ездили на вездеходе, там разгружалась баржа с грузами для участка. Так вот там рыбалка неимоверная-- щуки ловятся косяками . Там же целый сад жимолости ;
--во время пожара в тундре старатели тушили одну сопку. Сопка была заросшая золотым корнем (родиола розовая) . Так ребята эту сопку порыли как стадо диких кабанов--каждому досталось по мешку корня. Зотов Миша там был и со мною очень щедро поделился...
--в сентябре видел ночную радугу ;
--во время путча самая свежая информация получалась из радиолюбительского эфира.

Некоторые мужики сильно были больные алкоголизмом. В тундре и с большой загрузкой работой было не до этого, однако при удобном случае пили бесконтрольно. Очень жаль, что среди них были и мои друзья. Зотов (доктор) Миша и лучший вездеходчик артели Шишов Павел из Новгорода. Надеюсь что они не дошли до крайней точки в последующие годы.

На одном из очередных стихийных собраний была выдвинута петиция из десятка требований. Одним из самых глупых пунктов было требование выплатить трудодень в 100 рублей. Мне лично это не нравилось, поскольку трудодень считается из прибыли и из потолка не берётся. На собрании я сидел в первом ряду, начальник участка Кравчук мне говорит:
--Стас, у тебя хорошо поставленный голос, прочитай громко эту бумажку, чтобы все хорошо расслышали.
Я прочитал без своих коментариев, и речь моя получилось от первого лица.
…А далее пошёл (или нарочно был пущен) слух—что я предводитель всей этой бучи…Вот так подставили уже немолодого, но неопытного в таких делах. Результаты не замедлили себя ждать. Руководство артели, с которым я уже был ближе в работе, чем с бульдозеристами, от меня отвернулось. Особенно враждебно ко мне отнесся главбух Мальский Михаил Антонович. (Человек с таким жизненным опытом, и так поверил брехням).
Один из немногих, кто понял ситуацию, как и почему меня подставили, был Гаращук. На базе в Манилах в конце сезона я с ним общался.
В Манилах я даже не захотел жить на базе и перебрался к родственникам.
Одна из нереализованных моих идей осталась на бумаге--организовать прямую радиосвязь между базами в Манилах и Петропавловском-Камчатским на артельской частоте. На тот момент это была актуальная задача, так как большое количество междугородних телефонных разговоров обходились для артели дорого.
По прибытию на базу в ПК я написал заявление.

В заключение надо сказать, что председатель выполнил требование—за 1991 год трудодень был 100 рублей.


Эпилог.
В 92 году артель отделилась от Карамкенского ГОКа и преобразовалась в акционерное общество. Теперь в ней работали два вида работников—акционеры и просто наёмные рабочие.
Осталось только 2 участка—Горелый и Видный, рабочих только около100 человек. План на сезон был 240 килограммов.
На Горелом начальником стал снова Гаращук.
Об этом я знаю из писем из артели от друзей.
----------------------------------------------------------------------------------------------
К сожалению никто кроме председателя в интернете из упомянутых ребят не засветился.
Однако надеюсь что может быть кто-то из них объявится. Мой эл. адрес на главной странице.
Также интересно было бы пообщаться со старателями последующих годов.
Фотогаллерея:
Артель старателей "Камчатка"

 

 

ОГО в 2012 году Артель живёт, из 25 учредителей я  помню 9 человек.

 



Обновлен 14 окт 2015. Создан 21 ноя 2008



  Комментарии       
Всего 2, последний 3 года назад
Roman.Berenda 11 июл 2012 ответить
Надеюсь моя фамилия знакома мы работали в троем т.е. три брата .Беренда Миша Беренда Ярослав и я Беренда Роман. мой электронный адрес . Roman.Berenda@yndex,ru
sssr6591 28 июл 2014 ответить
Эх. молодость))))
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником